ПАТРИОТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ

1968 год. Время, когда лучший в мире советский социализм шагал по планете аки лучшая в мире американская демократия - сегодня. К примеру, в августе-68 он шагнул в Чехословакию.

... Телевизор в эти дни "защиты завований социализма" в братской стране на обеих программах захлебывается воспоминаними о войне в непрерывных фильмах о битвах минувших. Мой 4,5-летний отпрыск принимает самое активное участие в боях с «пашистами» (с буквой «ф» у него была маленькая напряженка, и он ее, по возможности, избегал).

Конкретно: разворачивал стул спинкой к телевизору и из-за этого укрытия вместе с бойцами Красной Армии или партизанами поливал врагов из автомата («тра-та-та-та...»), кричал «Ура!» во время смелых атак. И, что значит неуемное детское воображение, – искренне ощущал себя участником боев.

Но однажды примчался ко мне в ужасе: "Папа, танки! У меня только автомат, а пушку ты мне так и не купил!". Что ж, не бросать же сына беззащитныи перед стальной лавиной фашистского зверя! Выскакиваю с ним на боевую позицию – таки да, прут, падла, «тигры», в немерянных количествах. Ничего, говорю, ща мы их гранатами забросаем – и вместе с бойцами таки забросали, с десяток "тигров" заполыхали, а остальные, пожав хвосты, позорно бежали с поля боя.

И во время следующих танковых атак коварного фашистского зверя в грохоте боя из телевизора доносилось "Получи, фашист, гранату!", «Тра-та-та-та..." из автомата по бегущим в панике служащим рейхсвера и победное «Ура!» моего героя Великой Отечественной войны.

Как-то он даже бросился под танк со связкой гранат, нырнув под телевизор, стоявший на ножках. Я героя спрашиваю – ты же уже погиб, а бой продолжаешь! Да, отвечает, ТОТ я погиб. А теперь я уже ДРУГОЙ, мстю за него пашистам!

На войне как на войне - получал он и боевые ранения, падал на ковер, мужественно стонал и звал санитаров. Я становился санитаром, подползал к нему под шквальным огнем немецких пулеметчиков, спрашивал, куда ранен и в натуре бинтовал то руку, то ногу... А когда и голову, как Щорсу из той самой революцинной песни про идущий по берегу отряд. И каждый раз, даже будучи тяжело раненым, юный герой отказывался от госпиталя и продолжал "Смертный бой не ради славы, ради жизни на земле" (А.Твардовский. «Василий Теркин»).

Когда фильм, а с ним и боевые действия заканчивались, герой рапортовал, сколько они с бойцами подбили танков, убили фашистов, в том числе и лично он. За это я награждал его разными орденами и медалями, частично настоящими – из иконостаса деда, а частично – тут же вырезанными из картона.

Все это изобилие я цеплял ему на грудь, чтобы к приходу с работы мамы он был уже в парадном виде. К счастью, пленных мы не брали, а то б орденов и прочих наград вырезать пришлось бы куда больше. Кстати, он не жадничал и требовал, чтобы я наградил и себя – как его, оказалось, командира.

Я где-то стырил портрет Брежнева в полном иконостасе, и оттуда мы срисовали много орденов, в том числе и иностранных. Однако мой малой от иноземных орденов наотрез отказался, и я понял, что воспитал настоящего патриота своей Родины, и этого патриотизма ему хватило еще на целых лет 25 жизни, а когда патриотизм иссяк, в звании капитана украинской армии он свалил в тыл наиболее вероятного противника Нэзалэжной Неньки, что и подвердилось 10 лет спустя «оранжевым» переворотом и оккупацией страны американо-бандеровскими свiдомитами.