ЗОНТ СТРАТЕГИЧЕСКОГО НАЗНАЧЕНИЯБольшой зонт

Вестимо, в Советском Союзе коррупция была, но в нерушимых границах основного ленинского партийного принципа – демократического централизма: кому чего по рангу положено. Читаю, бывалочи, в «Правде» о принятых мерах по следам критических выступлений. И за бездушными формулировками вижу очень даже живых (до шустрого) людей. Например, выговор «за утерю партийной бдительности»: ага, либо партбилет по пьяни обоссал, либо дочь сошлась с евреем. Или, ближе к теме, выговор «за проявленную нескромность»: эге, не по чину хапнул.

Я тоже в меру своих скромных потребностей и по мере ограниченных возможностей был участником коррупции, пусть и пассивным - давал только я, а вот мне - ну хоть бы одна падла! Увы, потому и должность моя (завлаб) была неуважаемой. Впрочем, грех жаловаться:  гуманное советское государство это учитывало, наделяя   примерно тройной зарплатой инженера. А я уж из неё отстёгивал товарищам куда более почитаемым. И вот однажды на моём праведном пути к коррупции случилась незабываемая встреча с Высоким.

... На нашем РОУ-2 (ремонтно-отстойном управлении для маломерных судов) под киевским мостом Патона эти самые суда, в частности, мой «Прогресс-2», подлежали обязательному техосмотру дважды в год – весной на воде, перед навигацией, и (непонятно зачем?) осенью – на берегу, перед зимним хранением.

Вестимо, в ходе техосмотра при желании инспектор мог придраться к чему угодно. Но это желание можно было вполне купировать каким подношением, к примеру, хорошим коньяком. Но сначала требовалось войти в хоть какой человеческий контакт, не сунешь же прямо так грубо, неинтеллигентно  «вы нам–мы вам». Короче, добиться хоть какого доверия, как с женщиной, когда домогаешься: нельзя гнать картину, начиная с грубого рукосуйства, надобно сблюсти приличия, не то получишь по рукам, а вполне и по мордасам «Я не такая!»

В роли контактёра у меня часто выступал мой белый королевский пудель Атос. К сожалению, инспекторы менялись, и каждый раз приходилось снюхиваться сначала. Те, кто сталкивался с техосмотром,- что машины, что самолета, что лодки,- не суть, меня поймёт: сам бы полизал инспектору руку, чтобы он дал её позолотить, и "решил вопрос".

И вот величественный Атос ради меня смирял королевскую гордыню, вставал на задние лапы, лизал инспектора в пьяную морду и всячески выказывал свою уважуху и даже любовь. Я при этом являл неожиданное удивление, мол, пёс редко кого так привечает... Учуял в вас очень хорошего человека!

Само собой, как владелец такого проникновенного чуда, я тоже был хорошим человеком - по определению. А дальше два хороших человека быстро снюхивались, один делал другому скромный подарок («Ну, не обижайте, от души!»), другой, не чинясь ("Ну, раз от души!"), ставил нужный штамп и расписывался в судовом билете, после чего два хороших человека расставались с большим сожалением, потому как за дверью ждала и волновалась целая очередь других хороших людей, и все не с пустыми руками.  

Но это все – предыстория. А вот и сама история.

... В глубоком октябре иду на положенный техосмотр. Вестимо, с Атосом. Как раз намедни поучаствовали в республиканской выставке собак, пес стал чемпионом в своей номинации и был в лучшем выставочном прикиде. С утречка я его опять начесал, и мы выступили в поход за вожделенным штампом техосмотра. Пошли пешком, чтобы заодно и выгулять жЫвотное.

Погода выдалась пасмурная, но без дождя, однако на всякий случай я взял специальный зонт размером с небольшой десантный парашют, чтобы прикрыть пуделя в случае чего. Сам же оделся в красивый спортивный болоньевый комбинезон сборной Украины – с барского плеча сына. Конечно, мне он был маловат, потому как я сильно проигрывал дитю в высоте, зато крепко выигрывал в ширине. Но лучше в тесноте (комбинезона), чем в обиде (от дождя).

Наш путь к мосту Патона пролегал через музей Великой Отечественной войны. Увы, когда к нему подошли, закрапал дождик, я раскрыл припасённый зонт над Атосом, и мы продолжили поход за штампом техосмотра почти без приключений...

Почти – когда прошли тоннель с рваными отверстиями в верху, символизирующими пробоины от бомб, и вышли на площадь рядом с бассейном, где бронзовые фигуры советских воинов "форсировали" Днепр,- туда же нелегкая занесла председателя спорткомитета Украины досточтимого [имярека] с делегацией высших спортивных сановников ГДР.

Председатель знал меня как облупленного - отца и личного тренера чемпиона Украины, которого сам неоднократно привечал на пьедестале почета. Да ещё были мы знакомы по правительственной базе отдыха «Конча-Заспа», и даже нередко вместе расчищали от снега ледовую площадку на озере Конча – естественный каток для его дочери, моего сына и других деток.

И в этот раз мы бы просто поздоровались и разошлись по своим делам – я на техосмотр, а он бы продолжил укрепление спортивных связей с дружественной страной. Однако немцы начали ехидно ухмыляться. Потому как Председатель был одет точно в такой же комбинезон, что и я. Только по размеру XLLL... и почти двухметровому росту. Да еще над ним евойный холуй, референт, что ли, держал точно такой же чёрный зонт размером с небольшой десантный парашют, что и я над пуделем.

И вместо «Здрасьте вам!» каждый из нас подумал примерно одинаково: я – «какого хрена ты, приссидатель комитета, щеголяешь в спортивной форме, по должности тебе не положенной!» Он – «кого хрена ты, папппаша, напялил спортивную форму, по рангу тебе не положенную!»

А вот немцы взяли маленький  реванш за большое поражение в войне, и стали посмеиваться внаглую над Председателем, накрытым сверху таким же макаром, что пёс. Басурманов поддержали возмущенные этим же развратом местные бездомные собаки, голодные, грязные и потому злые. Из всех щелей они начали громко облаивать Атоса. Он ответил пушечным рыком, который усилила акустика тоннеля. Загремела такая канонада, что немцам стало не до смеха, они  в испуге забормотали: «Der Krieg, Der Krieg! («Война, война!») и дружно подняли руки, причитая "Hitler kaput! Hitler kaput!" ("Гитлер песец!","Гитлер песец!").

Председатель для немцев обратил всё в шутку, попросив перевести: комитетов по разным делам на Украине с десяток, а королевский пудель, чемпион породы – один. Этот же товарищ (на меня) – хозяин чемпиона породы и отец да тренер чемпиона Украины в танцах на льду.

А вот по отношению ко мне обратил инцидент всерьез, возмутившись (не для перевода): дескать, по какому такому праву щеголяешь в костюме сборной Украины, пусть и самортизированном? Я ответил, дескать, Михал Макарыч, очень с вами согласный: как личный тренер, главный администратор и спонсор  пары танцоров сборной, давно заслужил новья по размеру. Позор Комитету, что тулюсь, как Емельян Пугачев в заячьем тулупчике с барского плеча Гринёва.

Мудрый [имярек] внял и распорядился выдать мне нормальную форму, по госцене.  Не зря же он вошёл в историю украинского спорта как лучший председатель, и не потому, что классно меня обмундировал, это мелкий эпизод его мудрого руководства, а по взлёту при нем Украины в мировом спорте, когда больше трети высших спортивных наград Союза уходило на Украину - при одной шестой в удельном весе страны по населению..

Я же на следующий техосмотр выступил в нормальном комбинезоне. Правда, дождя не было, а мы с Атосом, как Ленин после казни брата Александра, пошли другим путём, подстраховавшись от повторения конфузии.

© Алик, босс Атоса, отец фигуриста