КАК ПРОПАДАЮТ ТАЛАНТЫ

Один знакомый моего знакомого, новый русский с коммерческим талантом, тащился от своей подруги: мало того, что классная тёлка, так ещё и крутые стишата выдавала пацанам на дни рождения и другие оттяжечные сходняки. Ну, еще в своей лирике воспела валютную канарскую природу... В общем, все дела.

Пронзённый ещё и лирическим стилом подруги, бой-френд уговорил её не зарывать поэтический дар в землю и выступил спонсором её первой книжки. А ко мне обратился как к редактору-корректору и владельцу небольшой издательской фирмы.

Стихи оказались, мягко говоря, откровенно графоманскими. Ну, из тех, после которых рекомендуют поцеловать в зад корову. Чтобы не позорить бренд и имидж своего издательства, я взялся подтянуть вирши. За нехилую, сверх всякой умеренности мзду.

Пушкин утверждал, что  не продаётся вдохновение. Евойное, может и не продавалось. Видать, много хотел, да так ни с кем и не сторговался. Вообще несговорчивый был мужик, одних только дуэлей затеял четыре с половиной десятка. Мог бы и больше, если б не пидар Дантес.  А вот моё вдохновение продалось: камер-юнкорской гордыней не маялся, за хорошие, как по мне, бабки - ой как вдохновился!

И получилось ничего, на среднепрофессиональном уровне. Даже получше моих собственных стихов, их-то стрОчил  по вдохновению простому, не проплаченному  ни одной падлой. Короче, сапожник без сапог. Обидно, а?

В итоге  у спонсора-бойфренда поэтессы вырвался высший одобрямс: «Уссаться!"  И  он растопырил пальцЫ на дорогое  подарочное издание тиражом в полтыщи экземпляров, с оригинальным названием (кстати о птичках!) - «На крыльях любви».

Правда, это же оригинальное название носят десятки произведений и других авторов. Но меня это не смутило, в конце концов и "Теорию упругости" выпустили не только, к примеру,  И.Н.Снеддон и Д.С.Берри, но и многие другие доценты с кандидатами. 

Я же сработался с «поэтессой» аки Яков Абрамович Козловский с Расулом Гамзатовичем Гамзатовым. Козловский, конечно, был Поэтом от Бога. Но пятая графа перекрыла ему поэтический кислород в Советском Союзе, а у него, как у Галилео Галилея в другое иезуитское время, была семья. Вот и пошел в переводчики к Расулу, кооптированному в Поэты решением какого там Пленума ЦК КПСС за лицо коренной национальности.

Как они работали? Расул выдавал подстрочник, Яков переводил - и  рождались шедевры. Вот, например, известный подстрочник Расула: «Кто стучыцца сакля мой? Это дэвушэк прышол. Он сношацца мне прыньос». По нему Козловский сотворил почти мировой шедевр, сразу уложенный  композитором Яном Френкелем в хит Кобзона.

Гамзатов стал лауреатом Ленинской и многих других премий за поэзию, социалистическую по содержанию, но аварскую по форме. И не зазнался, щедро рассчитавшись с «переводчиком». Тот, в свою очередь, не остался в долгу: "В чем сила поэзии Расула? В его удивительно тонкой лирике, обнаженности души, в той высокой правде, которая излучает свет добра, счастья, любви."

А вот после выхода в свет НАШЕЙ книжки заботливый бойфренд учинил пышную презентацию. Черную икру жрали столовыми ложками – как таможня-Верещагин красную в «Белом солнце пустыни». И в благодарность за выпивку и хавку крЫтики объявили дебютантку талантом.

Она сразу украсила собой литературные салоны. Вошла во вкус. Поверила в свой талант, который, правда, имел место быть только на моей «редакторской» вые. Потом она, душа уже поэтическая, ушла от бойфренда, сочтя его, как  для своей тонкой натуры, грубым,  неотёсанным мужланом.

А придти попыталась ко мне - более близкой душе, решив почему-то, будто сошлась со мной на творческой почве. Хотя ничего серьёзного промежду нами не было, кроме чиста производственно-литературных отношений. Ну, иногда в постели. Но не для греха, а Высокого Искусства ради, всё же классик оказался частично прав: вдохновение не продаётся за одни только деньги.

Есссно, я от её поэтических и прочих прелестей сразу благородно отмежевался, вовремя вспомнив, что несвободен. Оправдываясь – ну кто я такой? Всего-ничего жалкий издатель, недостойный ни в коем разе столь знаменитой поэтессы, да еще годной мне в младшие дочери.

Хорошо, что дама, наряду с поэтической, проявила бизнес-хватку и сделалась успешной владелицей большой теплицы. Там она и зарыла свой талант, ну, не в землю, а покруче - в гидропонику. И взошла ранняя редиска.

Меня тоже обзывала «редиской». В хорошем смысле. И мы всё таки выпустили её следующую книжку, уже под более земным названием: «Оранжерея». Но тоже о любви. Уже о трагической нашей. Ну, похуже оформленную (по деньгам!). Я за свою работу - создание макета - ничего с "авторши" не взял, она оплатила только расходы типографии. Да обошлись без презентации.

Потому в этот раз поэтического таланта никто из сукиных крЫтиков, возможно, из-за обезыкривания организма, больше не обнаружил. И, уже со смирённой поэтической гордыней, девица намылилась было обратно, к прежнему бойфренду с коммерческим талантом. Но его взорвали в джипе так, что уже ни джип, ни он не подлежали никакому восстановлению.

... Вот так пропадают таланты !