ЖЕРТВА КАЧЕСТВА ДЛЯ ДУШЕВНОГО КОМФОРТА

Играли мы в шахматы на первенство Зализничного района Киева среди производственных коллективов. Встречались с командой то ли завода, то ли крупного универмага – не суть.

Допуск участников в команды до самых полуфиналов был весьма либеральный, вовсе не нужно было состоять в штате коллектива, честь которого воистину сборная команда защищала на 4-х зачётных досках.

Это уже в финале вяло просили предъявы удостоверения личности, больше для проформы: любой отдел кадров спокойно выдавал их посторонним ради святого - "чести коллектива". По простой логике - играет за нас, значит, член нашего коллектива!

А кадровичка резерва проводников железнодорожного вокзала в качестве должности чистосердечно вмазала одному товарисЧу "Шахматёр", после чего я на всю жизнь полюбил это замечательное слово и все истории на "Ан.Ру" в этой ипостаси так и подписываю.

Это же удостоверение из резерва проводников так ублажило судей, что претензий к "подателю сего" никаких не возникло, да и вообще никто в теме особенно не выёживался, в конце концов разыгрывались не путёвки на первенство мира или высокоудойные коровы.

Так, люди собирались поиграть и вкусить хотя бы чуток адреналина, какие-никакие - соревнования, всё как у больших - столики, шахматные часы да столешницы, судьи и даже зрители из родных, близких и болельщиков за упомянутую честь трудового коллектива, да хоть публичного дома, если б проституция была официально признана.

Таким образом, "подставы" были как само собой, и на такую, очень уж явную и сам как-то нарвался - на первой доске против меня выступал 12-13 летний шахматный вундеркинд с бантами в косичках, уже толстых очках и нездоровым цветом личика, видать, редко соприкасавшегося со свежим воздухом.

Потом выяснилось – чемпионка Киева в своём возрасте. Играли мы где-то на уровне кандидатов в мастера, я в довольно упорном противостоянии добился преимущества, проявив в азарте Игры нехилую волю к победе...

... которой, спохватившись, страшно не захотел – напротив сидел ребёнок, едва сдерживая слёзы. А неподалёку за неё не то что болела - умирала семья в полном составе из папы, мамы, старшего брата, дедушек-бабушек... Дда ещё половина 6-го класса какой там средней школы с учительницей, сурово глядевшей на меня вроде как на педофила.

Я подозвал своего капитана – спросить про наше общее турнирное положение и сильно ли нам нужно это злосчастное очко за победу? Он всё понял без обиняков:
– Сдувай!

Тут к нам подскочил папа вундеркинда, пыхтящий негодованием, типа, как не стыдно! Взрослые люди! У вас позиция получше, а вы ещё советуетесь! Это – грубое нарушение правил! Куда смотрит судья?

Я пристально уставился в его несчастные глаза и как можно проникновенней успокоил:
- Наш совет вам ПОНРАВИТСЯ!

И дальше изящно, вроде по крупицам растерял преимущество, сдался и поздравил соперника с заслуженной победой. Вундеркинд не по-деццки сурьёзно проанализировала со мной партию и чётко мне разъяснила, как и почему я проиграл.

А когда садился в машину, меня настиг уже счастливый папа и поставил на сидение торт, от которого я отказывался, а он настоял:
- Это - вашей дочери!
- Нет у меня дочери, только сын!
- Тогда желаю вам и дочь!
- Дочь? В 43 года поздновато!
- Никогда не поздно!

... И таки накаркал - спустя 15 лет у меня таки случилась дочь! А когда играю с ней в шахматы, мне никогда не стыдно за ТУ девочку. Выросшую, кстати, в довольно известную шахматистку.