Текст адаптирован для тупых. Смеяться там, где вот эта лопата:

НОГИ НА ПЛЕЧИ...

Анек вместо эпиграфа. Два профессора оживленно беседуют. Мимо пробегает разхристанный студент, роняет конспекты. Один из профессоров его отчитывает: - Юноша, не забывайте, вы в храме науки!- Затем  отпускает и снова обращается к собеседнику: - Коллега, дык на чем мы остановились? Ах, да, ноги на плечи - какая женщина!

В киевском балете на льду выступала спортивная пара солистов. Обычно в такой паре подозревают не только соратников по искусству, но и нечто большее. Эта пара подобных подозрений тоже не избежала, но на самом деле - напрасно. Хотя партнёр об этом жалел. Ему очень бы хотелось  подозрения оправдать, для чего даже пригласил сотрудницу в ресторан  и между первым и вторым бокалами шампанского  пожаловался на свою неудачную семейную жизнь  да ненавязчиво предложилруку и сердце, поскольку обнаружил в себе сильную до партнёрши влюблённость. Она же была влюблена в него куда слабее,  может и совсем нет. Да возможно, и не в него, а в своего мужа.  И между четвертым и пятым бокалами  настойчиво отказалась от матримониального предложения.
 
Получив отлуп , упорный  партнер решил, что  просто неудачно выбрал место и время, задумав отыскать место получше да подходящее момент. Таковым женихальщик счел время исполнения на льду коронного номера «Золотая рыбка»: он, одетый в сетчатый костюм а ля рыбак, под профессиональный марш китоубойной  флотилии «Слава» вращал вокруг себя партнершу в золотой чешуе.  При этом она возлагала ноги ему на плечи , сцепляя коньки за шеей . Он же, изо всех сил удерживая артистку за упомянутые ноги, раскручивал её так, что та вытягивалась в трепетную рыбку , принимала горизонтальное положение, а перед зрителями возникал золотой диск.
 
Вот в этот красивый момент, где-то между пятнадцатым и двадцатым оборотами  он и повторил предложение , подкрепив угрозой отпустить ноги. В этом случае становились вероятными всякие варианты. В широком диапазоне, от "если раны, небольшой" - до "если смерти, то мгновенной",  как певалось в известной песне братьев Покрасс на слова самого советского поэта  Михаила Исаковского.

Девушка выбрала самый пессимистический прогноз и в жутком выборе – жизнь с ним или смерть от него - предпочла жизнь. К тому же этот выбор казался верным и в денежном аспекте: зарплату получали по одной ведомости, заначка у будущего мужа исключалась, т.е. ликвидировалась финансовая база подрыва семьи.  Этот аспект для решения в пользу партнера был достаточно важным: наличный муж проваливал в черную дыру заначки не только свои доходы, но и  откачивал изрядную часть жениной зарплаты.
 
В общем, слово не воробей, ведь в следующем выступлении она могла бы уже не сверкать золотой рыбкой в центре катка, а улететь сереньким воробушком  к деревянному борту, а то и вылететь к зрителям. Не откладывая, отыграли разводы  и сыграли свадьбу. Обычную для того времени – комсомольско-профсоюзную. И к ее ногам у него на плечах добавилась она сама...  А потом дети и внуки, как положено.
 
И до самой пенсии в балете он её ни разу не уронил, потом вместе тренировали юных фигуристов и вышли в заметные тренеры. Да на семейном фронте всё у них ладно вот уже больше 30 лет. Потому как глава семейства, в случае чего,  нежно напоминает, кому они все, падлы,  обязаны жизнью.
 
© Алик,  любовед