СУТЕНЕР

«А какой-то танцор бил ногами в живот».
В.Высоцкий."Ой, где был я вчера!"

1980 год. В СССР построен коммунизм, который в 1960 наш Никита Сергеич Хрущев пообещал советским людям через 20 лет. Успешно завершена ХХ-я Олимпиада в Москве. Здесь советские спортсмены завоевали 80 золотых медалей, невзирая на хамское отсутствие команды США и других уродов олимпийской семьи, пробойкотировавших Игры из-за дружественного визита в Афганистан Ограниченного контингента советских войск.

А моему сыну-фигуристу стукнуло 15 годков. И где-то весной, вернувшись со сборов в Ростове-на-Дону, юноша вдруг поинтересовался:
- Пап! А что такое СУТЕНЁР?

Я от ответа ушел, но затеялся выяснять, от кого услыхал такое нехорошее (по тем временам!) слово. Сын раскололся:
- А меня так обозвал Валерий Петрович!

Меня шокировало. Валерий Петрович Норзуманян - наш хореограф, был настоящим, ну, просто субтильным интеллигентом. Да истинным фаном бальных танцев. Правда, плохим танцором. Но помешали ему заплясать в полную силу не Те Самые Банальные Помехи, а партнёрши. Он их всех безжалостно растерял. Расстаться же с танцами не смог и пошел в хореографы к фигуристам. Работая из чистой любви к искусству, он совмещал это влечение с увлечением биохимией в крутом академическом НИИ. Да еще был старым холостяком с подобающим джентльменским набором странностей.

Потому вопрос сына меня не столь удивил, сколь таки шокировал: как выдержанный, всегда корректный Норзуманян брякнул такое "юноше, вступающему в жизнь"? В качестве знатока (Норзуманяна, сына и слова «сутенёр»), я учинил следствие и восстановил истину в самой первой инстанции..

Норзуманян, уже как биохимик, дозировал команде физические нагрузки и питание, чтобы поддержать кондиции фигуристов. Кому прописал бегать с гантелями вокруг Дворца Спорта, кому подсуетиться со штангой. А моему сыну усадил на плечи 40-килограммовую 16-летнюю чемпионку в танцах на льду Оксаночку Р. - комсомолку, спортсменку, красавицу. Блондинку с большими голубыми глазами и точёной фигуркой: катание-то - фигурное!. И заставил подниматься по лестнице на 5-й этаж лучшего городского отеля «Ростов» и спускаться обратно. Сам с секундомером мотался вслед вверх-вниз на лифте и контролировал сладкую парочку.

... И вот Норзуманян в очередной раз встречает внизу подопечного с Оксаночкой на плечах. Сначала смотрит на секундомер, и, обнаружив отставание от графика, начинает выговаривать, почему так медленно? Вдруг юноша отвечает ему странно густым басом, да еще с грузинским акцентом:
- А мнэ так приятнэй!

От неожиданности Норзуманян обалдело смотрит на юношу и вдруг обнаруживает - странные изменения случились не только с его голосом, но и внешностью: вырос, раздался в плечах... А на месте юношеского пушка пробились густые черные усы! И вообще под Оксаночкой оказался не он, а здоровенный ГРУЗЫН. Оксаночка восседала на нём как ни в чем ни бывало. Вроде и не заметила смены коней на переправе, хотя руками оперлась на КАРАКУЛЭВЫЙ КЭПК как на большой стол.

Ошарашенный Норзуманян набросился на грузина, требуя немедля убрать девушку долой с плеч и КЭПКА. Тот возразил: «Уплочено!», развернулся и понёс Оксаночку обратно вверх. Норзуманян ринулся вслед и по пути наткнулся на моего хохочущего сына. Естесссно, без Оксаночки, но с червонцем.

Оказалось, грузин курил на лестничной площадке, пока юноша вверх-вниз носил мимо Оксаночку, и, не выдержав, поинтересовался:
- Шьто ты её носыш?
- Это моя нагрузка!
- Продай мине тваю нагрузку - на тыбэ 10 рублей. Хватит?

Сын не успел оглянуться, как шухерная Оксаночка с криком «Хватит!» перескочила на плечи к грузину: прикольно! Тот воткнул малому в руку десятку, а сам понёс Оксаночку вниз, где на него и набросился ошалевший Норзуманян. Грузин не растерялся, не уронив ни чести, ни КЭПКА, ни Оксаночки:
- Ти ей кто такой? Атэц? Муж? Лубовнык? А?
- Хореограф!
- Уйди, дарагой! Атэц-муж-лубовник - понымаю, сразу би вэрнул! ГОРЕГРАФ - вай, такой разврат знать ны хачу!

... Вот тогда, врубившись в ситуацию, Норзуманян всердцах обозвал сына «сутенёром», выхватил червонец, догнал грузина, содрал с него Оксаночку и сунул обратно злополучную купюру. Грузин от денег гордо отрёкся и направился к себе в номер. Норзуманян погнался следом. Грузин со словами «Тибэ мало?» ткнул хореографу ещё четвертак да захлопнул дверь, пригрозив накостылять по шее.

И это было бы справедливо! Своим бестактным вмешательством Норзуманян досадил сразу троице хороших людей. Грузину – вряд ли во всей прежней подневольной мандариновой жизни бедный джигит оказывался под таким сладким игом! Юному спортсмену – прервал неожиданный кайф, когда удалось откосить от сизифова труда, да еще с оплатой... Наконец, грубо лишил приятного приключения и Оксаночку – ей тоже, видать, впервые в жизни подфартило оседлать такого могучего жеребца да, хоть не надолго, сподобиться подлинного женского счастья – комфортной посадки на крепкую мужскую холку.

В общем, справедливая угроза грузина возымела действие: бедному хореографу, хоть уже и разбогатевшему на 35 рэ, по шее не хотелось. Понимая, что с грузином ему не справиться, он, красный от ярости, влетел в номер к тренерам команды. Те, как обычно, уже квасили, отмечая окончание ещё одного трудового дня спортивной жизни. Хотя и досрочно - день ещё далеко не кончился, но одолел невтерпёж. Норзуманян поставил коллегам задачу: в номере №... швырнуть мерзавцу в морду вот эти 35 рэ!

Тренеры, благо работа на льду сделала их рассудки холодными, пороть горячку не стали. Восток - дело тонкое, нефиг вмешиваться в армяно-грузинскую разборку, а лучше эти бабки тихо и мирно пропить. С тем и отправились в ресторан при отеле. Правда, ни тихо, ни мирно у них не сложилось: ужравшись на халяву, сначала песни орали, а потом подрались.. Причем - ирония судьбы! – всыпали тому самому грузину да надругались над его КАРАКУЛЭВЫМ КЭПКОМ. В итоге он за свои деньги в один день получил сразу три удовольствия: прекрасную блондинку на шею, кулаками в морду и ногами в живот.

... Вот такой содержательной была тогда спортивная жизнь. Потому и олимпийских медалей огребали в 3 раза поболе нежели нынче.