| |
|
|
«К панянкам не особя норовя,
Я всё таки втираюсь к ним в доверие.
Во мне бушуют польские кровя,
Преодолев еврейское неверие".
А.Кимры."Вздохи"
В один обычный себе день некий мистер спустился по лестнице в холл подъезда и перед дверью на улицу наткнулся на новое шикарное плюшевое кресло. Он удивился – неужли домохозяин расщедрился на арендаторов? На секундочку он даже на него (кресло, а не домохозяина!) присел, как «на дорожку», и умотал по делам. |
|
| |
А вернувшись через пару часов, встретил у входа в подъезд довольно симпатичную мисс. Своим ключом жильца дома он открыл дверь и любезно пропустил постороннюю мисс, за что услыхал нежное «Теньк ю вэри мач!» («Большое спасибо!») и, как положено у американцев, отозвался «Ю вэлкам!» («Пжалста! »).
Мисс представилась новой владелицей того самого крутого кресла - купила по объявлению у кого-то из жильцов дома. И пока она на чем-то очень кабриолетном слетала домой, чтобы вернуться на «Форде»-пикапе, оно постояло в подъезде. Никто его и не тронул, разве что мистер чуток посидел. Увы, кресло оказалось тяжелым на подъём, и хрупкая мисс вряд ли бы сдвинула его хотя бы с места, не говоря уже про «пик ап» (подъем) на пикап.
Кресло мистеру нравилось, он был непрочь за него хоть подержаться. Понравились и другие прелести мисс. И за них мистер подержался бы с неменьшим удовольствием. В итоге он распетушился на самую бескорыстную помощь, и тут же к ней приступил: втащил полюбившееся Кресло в кузов пикапа и даже поехал к глянувшейся мисс домой, чтобы помочь и с выгрузкой, и с поселением новой мебели в доме.
А по дороге мисс и мистер разговорились. Обнаружились общие польские корни, у неё – все, у мистера – поменьше. Но этого хватило, чтобы перейти на «пан» и «пани». Пани высоко оценила гжечность пана, и не только угостила его кофе, но и пригласила на следующий день на ужин, по ходу ставший романтическим.
И здесь Кресло верно им сослужило. Может, пани расчувствовалась от офигенного букета любимых цветов, польской водки «Виборовой» и, вестимо, от влюбленного по уши пана в самом вечернем прикиде с бабочкой.
В ответ пан расчувствовался на семейную реликвию - старинную библию на польском, отчего пани, истая католичка, простила пану атеизм последующими романтическими ужинами, а также обедами и завтраками (уже в постель)... барбекю на пленёре... органной музыкой в костёле...
А потом начались упреки, подозрения... Короче, пан надоел взбалмошной пани, и скоро она его нагнала. Но на прощанье, то ли расчувствовалась, то ли решила поставить католический крест на всём, что связано с паном, - в общем, подарила ему то самое Кресло. На том же пикапе привезли и поставили его в подъезде. На то же самое место. А уже оттуда пан мистер затащил Кресло к себе.
И теперь, сидя в удобном Кресле, тупо смотрит в телевизор, ничего не понимая – скучает за мисс пани.
... К чему и на кой ляд вся эта история? Да просто подумалось: а в западло бы мистеру сразу затащить Кресло к себе без всех этих хлопот с погрузками-перевозками-разгрузками... панством с кобетой... пикапом... романтическими ужинами... обедами... завтраками в постель... упрёками-подозрениями между барбекями на пленёре да органной музыкой в костёле...
Но, видать, такая уж судьба была уготована этому Креслу Богом, хотя мистер в него и не верил... . |
|
