Когда в СССР начиналась уборочная страда, основными страдальцами становились городские интеллигенты. По разнарядке пайкомов партии их направляли для шефской помощи колхозникам. Подшефные прятались от шефов кто куда: на приусадебный участок, городскую стройку, колхозный рынок или просто под шофе.

Труд наш на полях был уже коммунистическим, т.е. бесплатным. Правда, шефам разрешали в качестве угощения, что ли, унести с собой несколько килограммов из собранного урожая. Хозяйственные сотрудницы нашего НИИ брали с собой рюкзачки подобающего объема, чтобы этих самых килограммов влезло как побольше. 

И одна наша младшая научная колхозница, ссыпая домой огурцы, завопила: к ней в рюкзачок заползла ядовитая змея размером с удава. Её переполошенные товарки потребовали от старшего группы (опять же – если не я, то кто же?) ликвидировать ядовитую угрозу их жизни.

Я вытряхнул аспида из рюкзачка и, как истинный совок, четвертовал совковой лопатой. Удав не удав, а гадючка сантиметров в 60, что и подтвердила звеньевая - надзирательница за шефами от колхоза. Да пояснила, дескать, заползают из близлежащей посадки очень редко. Но порекомендовала, как при укусе отсосать яд из ранки. В общем, народ как бы успокоила.

А когда хоронили трагически возникшие останки, хозяйка рюкзачка, освобожденного от ползучего гада, вместо траурной речи подвергла меня укоризне: