"Весь мир насилья мы разрушим! СТРИЖКА
До основанья, а затем..."
"Интернационал".

Моя сестра обожает породу «Белый королевский пудель». И таки есть за что: собака красивая, умная и дружелюбная. Оптимист с развитым чувством юмора. Преданный компаньон и сообразительный помощник во всех делах. Сторож, охранник, охотник и грибник. Воспитатель деток. Не линяет - шерсть не осыпается. Псиной не пахнет... Короче, "начать не исчислить заслуг" ((с)Пастернак). Отсюда - популярность пуделей.

Атоса Первого сестра купила ещё в 1972 году. В дикой конкуренции бомонда и за бешенные для тех лет бабки - 400 рублей (для сравнения -"Запорожец" стоил 500). И сразу после кончины пуделя в 1982 году она столь же героически приобрела и его правнука, нареченного Атосом Вторым.

Увы, сестра – человек порыва, подвига. А питомцу куда нужнее не подвиги, а скромное обаяние другого героизма - повседневного ухода. Каждый божий день пёса надо вычесать, покормить, выгулять... Нужны прививки, обучение хорошим манерам, знакомства с приличными сучками…

Собачники знают - собака становится членом семьи. В богемной семье сестры пуделиная песня звучала недолго - и оба пса быстро оказывались в научно-технической-спортивной семье брата, с четким распорядком дня, ответственностью и аккуратностью. Так я стал собачьим "дядей" - явочным порядком.

А за «мамой» (сестрой) и «папой» (шурином) остались такие подвиги, как сбыт алиментных щенков, стрижка, участие в выставках в качестве главных хозяев. Правда, со стрижки «маму» скоро пришлось уволить с волчьим билетом (в смысле с правом стрижки волков. Тамбовских).

Да не из ревности, а из любви к бедному четвероногому племяшу: сестрица дефицит парикмахерского умения пыталась компенсировать неуёмной энергией. Классический вариант такого подхода - дядя Поджер, приколачивающий картину (Джером К. Джером "Трое в одной лодке, не считая собаки").

Сестра каким-то невероятным образом приобрела дефицитную по тем временам развитого социализма книжку о стрижке пуделей. И в ней выбрала самый красивый фасон - «Модерн», когда на собаке оставляется максимум шерсти. То есть она действительно хотела КАК ЛУЧШЕ. Но в процессе стрижки оказывалось, что подравнивая сзади, она чуток перебирала, и по ходу приходилось перестраиваться на стрижку «Английский лев». В этом фасоне спину, круп, бока и живот выстригают так, чтобы осталась короткая шерсть, но с большой гривой и пушистыми штанами по стандарту.

Увы, парикмахерша сначала партачила с бородой – надобилось её убрать. Выстригая собачьи пальцы, закорачивала "штаны". Их тоже приходилось снять к едрене фене и смирить гордыню на классический фасон "лев" - с голой жопой.

По стандарту этого фасона голожопому пуделю в ипостаси охотничьей собаки якобы удобнее плыть за подстреленными утками. По идее, имея такого пса, экипированного в профессионального охотника, мне бы следовало бросить всё и заняться отстрелом водоплавающих. Но я с этим не торопился, и правильно делал - в ближайшие 5 минут с охотничьей стрижкой "лев" тоже происходил облом: слишком закорочена грива...

В общем, к черту промежуточные попытки подстроиться еще под какие фасоны, требующие все меньше и меньше шерсти. Получалось, КАК ВСЕГДА, - шерсти на пуделе оставалось всего-ничего на самую короткую стрижку – «овечка». По стандарту этой стрижки все тело собаки должно быть покрыто равномерным слоем волос длиной хотя бы в сантиметр.

Ну, "овечка" - как для сучки. А кобелю – «баран». Однако и стрижка под "барана" не выходила. Не токмо никак не получалось "равномерно", а вылезали проплешины до самой кожи. Сестра во всем винила бешенно сопротивлявшегося могучего пса.

Я был на его стороне – кто ж выдержит над собой издевательство, да еще ведущее к уродству? В конце-концов, угрожая вызовом боевиков общества защиты животных, я парикмахершу от пса отгонял, спасая уже израненную собачью кожу от съема скальпа со всего тела.

И прямо вопрошал вошедшую в раж, несмотря на покусы, экзекуторшу:
- Чего ты там еще стрижешь, на собаке уже ни единой волосинки!
- Нет,- отвечает,- вот еще глубоко в ухе нашла, щас выдерну!

В итоге пес получался, как новобранец, наголо остриженным. Тем не менее сестрица восхищалась проделанной работой и утешала, время летит незаметно, через каких-то полгода - лето, и собаке не будет жарко. Да и потеть не станет (прим. А. - у собак потовые железы отсутствуют, «потеют» они через язык, вываливая при жаре). И плевать нам на всякие стрижки-брижки: Атос все равно – красавец!

Но вот тут она сильно кривила душой! Если в шерстях, хрен с ним, какого фасона, пудель – красавец, то уж голый...

Во-первых, у него кожа пугающе синюшно-фиолетового цвета, и называть его «белым» можно с большой осторожностью и лишь собеседникам, которые физически явно слабее тебя.

Во-вторых, по фактуре – чисто крупная рептилия, но на высоких гусиных лапах. Покрасить же голого пуделя в зеленый цвет я бы очень поостерегся, чтобы его не заграбастали в питомник бесхвостных крокодилов.

А что происходило со знакомыми собаками, когда встречали Атоса в полном обкорнании! Даже любимые жены, многодетные матери его детей убегали, скуля от ужОса. И как хорошо, что собаки больше доверяют обонянию, нежели зрению. Не то быть бы кровавым трагедиям! Не говоря о людях...

В общем, разруливая безнадежную ситуацию, сестра - мастерица на все руки, вязала пуделю из большого мешка его же шерсти обалденные комбинезоны, и псом все попрежнему восторгались. Только выказывали опасение: а не жарко ли собачке?

- Что вы,- успокаивала любящая "мама",- я специально под этот костюм обстригаю его наголо!