Конечно, он (директор, а не Сталин) еще больше накалил пакость к Арончику, размышляя, как бы его въячить. А тут юноша и сам «подставился» в сочинении «Образ Тараса Бульбы» из одноименной повести Н.В.Гоголя: за содержание ему (ученику, но по сути - Гоголю) поставили «двойку» по русской литературе. А по русскому языку, за грамотность – «пятерку», тогда за сочинения ставили две раздельных оценки. И, кроме "двойки",  Арончика вызвали на внеочередной педсовет с самыми страшными политическими обвинениями.

Так чего же такого он натворил? Оказывается, грубо нарушил принятую в СССР учебную методику, одобренную партией: изучение первоисточников заменялось зубрежкой учебников, где эти самые первоисточники представлялись трудя-щимся в свете всепобеждающих идей ленинизма марксизма. В итоге, например, Гегеля в СССР никто не читал, но все его ошибки советские люди дружно знали.

Как писались тогда школьные сочинения по литературе? Интернета с десятками сайтов с тысячами готовых сочинений на любую тему еще не было. Потому ученики вручную компилировали из учебника куски, раскрывающие образы разночинцев Базарова и Рахметова, князей Игоря и Болконского, графьев Безухова и Троекурова... А вот дотошный Арончик читал классиков и не читал учебники, составляя свое мнение о прочитанном от корки до корки произведении.

Разумеется, такой ревизионизм завёл мальчика в хлюпкое болото троцкизма и оппортунизма. Да спасибо партии за смягчение сталинского террора, хотя бы не на службу западным разведкам. В итоге же столь извращенного, как для советской школы, изучения литературы Арончик, опираясь на Гоголя, описал Тараса Бульбу как бандита, детоубийцу, грубого подонка, пьянь и прочее – в полном противоречии с официальным героическим образом  умеренно пьющего борца за народное дело. 

Действительно, отношение Тараса к женщине? Жену – ругает, третирует, когда и поколаивал,  в 35 лет она уже старуха. И вообще, видать, женоненавистник - от него только и слышно: «Чертовы ляхи!, Чертовы ляхи!».

Отношение к науке, образованию? Конченный обскурант: вернувшимся домой  после бурсы да семинарии сыновьям приказывает всю эту фигню немедленно забыть и затевает с ними классный мордобой. Правда, здесь Тарасу был облом. Как говорили в подобных случаях его враги-поляки, Тарас «вступил не в стремя, а в говно» - старшенький, Остап, батьку «уважил» как следует. Тоже, хорош сыночек, а где уважение к старшим: поднять руку на отца! Впрочем, таков, видать, менталитет: «гуртом й батьку легше бить!» (укр.)

Отношение Тараса к любви? Если даже враги-поляки уважили Андрия за великую любовь к панночке и приняли чужака как родного, то за эту же любовь родной отец Тарас убивает сына – во имя идеи, т.е. конъюнктурные полити-ческие соображения у него взяли верх над вечными общечеловеческими ценностями! 

Да и вообще, хренов детоубийца - угробил сыновей: одного застрелил сам, второго – подставил, ввязав в войну с более высокой на то время польской цивилизацией.. Да и сам погиб по-дурацки, из-за какой-то там трубки-люльки. Правда, своей мученической смертью он на несколько веков опередил Минздрав СССР с его предупреждением об опасности курения для здоровья.

Эгоист - свои интересы поставил выше общественных: после гибели Остапа огнем и мечом свирепствует в Польше - убивает без разбора и женщин, и малых младенцев... сжигает села, уничтожает скотину и урожай. А как приехал на Сечь по личному капризу, видите ли, приспичило ему учить военному делу своих сыновей. . Но у казаков было принято учиться в бою. А боя не было. Сечь гуляла, пропивая награбленное в прошлых походах, пока имелось чего пропивать, и была по-пьяному миролюбива. Вот тут милитарист  Тарас и выступил поджигателем новой войны: схватил за грудки кошевого, давай, падлюка, пойдем на туретчину, негоже казаку без битвы! А тот ему – у нас с ними мирный договор! Тарас – какие могут быть договоры с басурманами? (Т.е., нарушает договоры!). И дальше – интригует, подговаривает других полковников и переизбирает в кошевык друга Кирдягу... Наконец, чего стоят его издевательства над бедным евреем Янкелем и всем остальным «жидовским семенем»!

… В общем, вытащили Арончика на педсовет, тычут носом в учебник, где черным по белому какой-то кандидат филологических наук доходчиво (даже для самых  особливо непонятливых) разъясняет, чего им хотел сказать Гоголь. Арончик - за свое: Гоголь что хотел, то и сказал – и цитирует великого писателя! Педсовет в ступоре: с одной стороны, отрицать цитаты – да так можно дойти до отрицания цитат самого Ленина! С другой – незыблемо прочно  утвержденный Минобразования образ народного героя! Но исказил этот образ,  выходит, сам Гоголь! И прозвучал голос парторга-историка – а не пора ли запретить этого шизофреника Гоголя вместе с его «Носом», «Вием» и прочей чертовщиной? Пьяными вечорницами с аморальными кумами? Нашей молодежи такой хоккей не нужен!

Услыхав про хоккей, проснулись физрук и военрук, и, к счастью для Арончика, выступили: «Ну и что, что еврей! У нас все нации, даже евреи, несмотря на то, что евреи – равны! Парень – мастер спорта, защищает честь Украины, метко стреляет, больше всех в школе подтягивается на перекладине! А вы, жлобихи, примотались с какими-то гоглем-моглем-бульбой! Да плевать, чего он там пишет в сочинениях! Не понравилось, поставили «двойку» - так черт с вами, на этом и отвалите, ептм! Но попробуйте только ее оставить!

«Ты, мокрая курица, - обратился физрук к учительнице русской литературы. - Или ты, дохлая жаба,- учительнице украинской лите-ратуры, - поплывешь вместо него на Спартакиаде школьников?» Физ-рука и военрука, скорее всего, как силовиков, поддержал гальвани-зировавший их парторг. И, обняв за крепкие плечи Арончика, физрук и военрук заботливо сопроводили парня с педсовета.

... Чем закончился педсовет, Арончик так и не узнал. «Двойка» в тетради осталась. Но из журнала исчезла. Учительницы еще куда-то пожаловались. В итоге бедный директор схлопотал строгий выговор райкома партии за притупление политической бдительности к идеологическим псевдоинтеллигентским  проискам, которые могли привести к снижению спортивных показателей замечательного пловца, отстаивающего честь Украины, Киева, Ленинского района!

А вот для Арончика уже эта беда директора действительно даром не прошла: как и Гоголь в свое время, он стал русскоязычным писате-лем. Но, в отличие от Гоголя, писателя русского, - писателем рус-ско-еврейско-украинским.

*/ Вспоминается героиня «Кавказской пленницы» в исполнении восхитительной Натальи Варлей - комсомолка, спортсменка, красавица. Комсомолка - на первом месте, то есть, была бы комсомолка, а все остальное приложится..