|
|
«И капитан Миронов скомандовал вылазку.» Надев через плечо отцовскую командирскую сумку, мальчик выбрался на кирпичный карниз и осторожно двинулся к пожарной лестнице. Осторожность здесь была вовсе не лишней - здание школы пережило японскую, гражданскую и обе мировых войны, две немецких и одну польскую оккупацию, петлюровщину и три последних освобождения Киева Красной Армией: от петлюровцев, белогвардейских отрядов и вермахта... Наконец, вместе с Россией и другими будущими странами СНГ выстрадало и ленинизм марксизма - революции 1905 и 1917 годов, красный террор, индустриализацию, коллективизацию... И после всего перенесенного и выстраданного здание все-таки выстояло, но пришло в крепко аварийное состояние. Потому Арончик сначала ставил ногу на ближайший кирпич, и, если он не вываливался вниз, переносил на него центр тяжести тела. А руками придерживался за верхний карниз, проверяя и там надежность каждого кирпича. Уронив в школьный двор с пару десятков ненадежных кирпичей, он добрался, наконец, до поперечины, поддерживающей пожарную лестницу. Затем в висе на руках долез до самой лестницы и, уже стоя на ступеньке, перевел дух и глянул вниз... Боже, двор был полон народа: и школьников, и учителей – во главе с директором! Все затаили дыхание, боясь даже вздохом спугнуть мальчика, чтоб тот не сорвался. А директор ласково манил Арончика вниз, клятвенно обещая полную безнаказанность, типа «ничего тебе не будет». Арончик начал было спускаться, но тут его настороженный взгляд угодил в школьного кочегара дядю Федю. Тот нетерпеливо переминался с ноги на ногу, нервно глотая погустевшую слюну и похотливо потирая шершавые руки с въевшейся угольной пылью. Потому что свою основную работу по отоплению школы (как профессионал) дядя Федя совмещал (уже как любитель) с педагогической: лупил в кочегарке ослушников, оказывая неоценимую помощь учительскому коллективу в коммунистическом воспитании подрастающей смены. Главное же, доходчиво внушал учащимся руководящую роль рабочего класса – гегемона советского общества. Вид нервно-нетерпеливого дяди Феди, подрагивавшего, как арабский скакун-шахид перед атакой на неверных, наповал убил в Арончике всякое желание спускаться во двор. Ученик решил вернуться в класс тем же путем, что и вышел, уронив по дороге еще с пяток кирпичей. А что пережил бедный директор, пока Арончик вольтижировал на аварийной стене? Когда же учителя во главе с директором влетели в класс к Арончику, тот как ни в чем ни бывало готовил домашнее задание – почти по-Маяковскому: «В селах папаши, каждый – хитр: землю попашет, попишет стихи». Самый пристрастный допрос ничего не дал педагогическому совету. Свою вылазку Арончик объяснил исключительно желанием чуток подышать свежим воздухом. А зачем тогда взял сумку? Чтоб не украли в классе! Так дверь же заперта, кто туда войдет? А вор может влезть в открытое окно через пожарную лестницу! А почему не спустился по лестнице, когда тебя звал директор, ты же был почти на втором этаже? Потому что боюсь высоты – на пятом, четвертом еще ничего. А вот начиная со второго – страшно... Что ж, против правды и логики – не попрешь, и все поверили Арончику. Все, кроме директора, угодившего в больницу с микроинфарктом. Выйдя из больницы, В.И.Ч. пытался было возбудить уголовное дело против Арончика по факту нанесения ущерба школьному зданию и попытки извращенного использования оконного проема как дверного. В милиции, оценив стоимость выпавших старых кирпичей и сочтя их урон во двор естественной убылью, состава уголовного преступления в действиях Арончика не обнаружили. В.И.Ч. поднял было этот вопрос в Гороно, но там его приказали опустить. Наружу вылезла бы аварийность школы в целом, могли закрыть на капитальный ремонт. А такой ремонт обычно занимал в Советском Союзе десятки лет, потому-то о каждой отремонтированной школе потом долго гудели все средства массовой информации, а открывал школу после ремонта непременно один из секретарей ЦК Компартии Украины. В итоге Арончик отделался со стороны администрации «строгачом», «тройкой» в четверти по поведению, а со своей стороны - торжественным обещанием под «Честное пионерское!» больше никогда в жизни не удирать от долгов через окна. 
|
ВЫЛАЗКА